Стресс может выступать в роли «социальной смазки»

Стресс может выступать в роли «социальной смазки»

Исследования, проведенные на людях, говорят о том, что социальные взаимодействия повышают уровень гормона окситоцина в крови, а окситоцин помогает людям социально адаптироваться, больше общаться, повышает их устойчивость в условиях стресса и, можно сказать, ведёт к долгой и здоровой жизни. Это же наблюдается в крысиных популяциях.

Эксперимент, проведённый американскими учеными на помещённых в одну клетку крысах-самцах, явно демонстрирует, что умеренный стресс гораздо больше подстёгивает животных к общению и сотрудничеству, чем спокойная жизнь. Ровно так, как это делают люди, объединяя силы перед лицом трудностей, национальных трагедий. После незначительного стресса в мозге крыс повышался уровень окситоцина, так же, как увеличивалось количество и чувствительность рецепторов к нему.

«Братские отношения могут стать отличным лекарством для нервов. Самцы не очень общительны, если посмотреть на животные модели социальных взаимодействий, потому что они, как правило, инстинктивно агрессивны. Но даже крысам бывает полезно близко пообщаться, по сути дела пообниматься особенно если между двумя самцами крепкая дружба чтобы эффективно снять нервное напряжение не в самый лёгкий и удачный день», отмечает ведущий автор Элизабет Кирби из Стэнфордского университета.

Исследовательница говорит, что иметь друзей это очень даже по-мужски. Крысы дружат между собой, в том числе для того, чтобы как можно лучше справляться с негативным опытом и стрессом.

Элизабет Кирби и её аспирантка Сандра Mурой в течение последних двух лет сосредоточено изучали на крысах-самцах лёгкий стресс и последствия того, как он влиял на нейронные цепи передачи гормонов. Они связали полученные результаты с уровнями окситоцина в гипоталамусе, так как известно, что именно окситоцин обеспечивает тесные социальные связи, в том числе между мужчиной и женщиной, а также между матерью и её ребёнком.

«Мы думаем, что окситоцин, который выделяется после небольшого стресса это такой своеобразный физиологический способ объединения людей в тяжёлые периоды жизни, что приводит к сплочению, потенциальному угасанию страха и улучшению здоровья психики», говорит Сандра Мурой, одна из авторов, аспирант в Калифорнийском университете Беркли.
Когда животных размещали вместе, они иногда проявляли агрессию по отношению друг к другу, дрались из-за воды и еды. Но после незначительного стресса (их задерживали вместе на несколько часов) они гораздо охотнее сотрудничали между собой, кстати, несмотря на еще более сильную иерархию и доминирование некоторых крыс.

«Если неоднократно забирать и возвращать воду, нормальные крысы становятся очень агрессивными, толкаются, как куча 7-летних детей, которые ещё не умеют стоять в очереди. Собратья же по клетке такого поведения не показывали. Наоборот: после возвращения воды они делили её очень равномерно и без агрессии», делится наблюдениями Кирби.

Исследователи обнаружили, что это сопровождается повышением уровня окситоцина в гипоталамусе.

Ценность работы заключается ещё и в том, что положительное влияние дружба оказывает не только на обычный стресс, но и на посттравматическое стрессовое расстройство.

«Тесные социальные взаимодействия могут служить своеобразным стрессовым буфером. Но если у людей случается травма, тем более если она серьёзная, то они фактически отказываются от своей активно социальной роли, хотя она имеет значительный благоприятный эффект. Исследование явно демонстрирует, что может случиться при изменениях в метаболизме окситоцина», акцентирует внимание Даниэла Кауфер, одна из главных авторов, профессор интегративной биологии из Калифорнийского университета Беркли.

Хорошо известно, что после тяжелых, потенциально опасных для жизни напряжений крысы-самцы по поведению не слишком отличаются от людей в таких ситуациях: они становятся замкнутыми и асоциальными, часто сидят уединённо от всех и ведут себя более агрессивно. Такое характерно для индивидов, страдающих депрессией и тревожными состояниями. Исследователи обнаружили, что уровень окситоциновых рецепторов в мозге после очень сильного стресса значительно снижается, а это значит, что мозг оказывается гораздо менее восприимчив даже к имеющейся концентрации этого гормона.

Чтобы проверить этот тезис, исследователи вводили в эксперимент серьезный стрессор добавляли запах лисьей мочи, пока крысы находились вместе. И вот тут уже наблюдался совершенно противоположный эффект. Это можно объяснить тем, что в этом случае окситоциновая «подушка», стресс уменьшающая, сделает только хуже, поэтому рецепторы к этому гормону ликвидируются. Соответственно, в поведении грызунов больше не наблюдается такой дружелюбности, которая отмечалась раньше. Такой эффект очень похож на посттравматическое стрессовое расстройство после боя или автомобильной катастрофы.

Исходя из этого, авторы пытались лечить посттравматическое стрессовое расстройство назальными спреями, содержащими окситоцин, чтобы стимулировать социальные взаимодействия, которые могли бы привести к выздоровлению. Как оказалось, окситоцин также помогает справиться с травмирующими воспоминаниями, сглаживая их (так называемое угасание страха).

Учёные отмечают, что эти и другие эксперименты чётко продемонстрируют, что стресс следует рассматривать не столько как реакцию, необходимую для выживания, но и как стимул для улучшения социальных связей, а также как способ сохранить психическое здоровье и, как ни странно, повысить стрессоустойчивость.